Уголовное судопроизводство принципы уголовного процесса.

9. Разумный срок уголовного судопроизводства как принцип уголовного процесса.
3.3. Разумный срок уголовного судопроизводства (ст. 61 УПК РФ)
Право каждого на разбирательство его дела в разумный срок – неотъемлемая составляющая права человека и гражданина на справедливое судебное разбирательство, закрепленного в ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.50. Закрепление в главе 2 УПК РФ правила о разумном сроке (Федеральный закон от 30.04.2010 № 69-ФЗ) подтверждает приверженность России общепризнанным принципам международного права.
Значение этого правила состоит не только в том, что оно способствует повышению эффективности судопроизводства как формы осуществления правосудия, оно направлено на преодоление медлительности функционирования его механизма и неопределенности правового положения участников уголовного процесса.
Принцип разумного срока уголовного судопроизводства реализуется путем установления в законе предельных сроков производства по уголовному делу в каждой процессуальной стадии (предварительного расследования, судебного разбирательства, пересмотра приговора), а также оснований и порядка продления сроков производства в каждой стадии уголовного процесса. Однако понятия разумного срока и срока, установленного законом, не совпадают. При определении разумного срока принимаются во внимание лишь такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного процесса, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, следователя, дознавателя и общая продолжительность уголовного судопроизводства, и не принимаются никакие обстоятельства, связанные с организацией работы органов предварительного расследования, прокуратуры и суда (например, большое количество находящихся в их производстве дел, незаполненность штата).
Если дело по поступлении в суд длительное время не рассматривается и судебный процесс затягивается (например, рассмотрение дела необоснованно и (или) неоднократно откладывается), стороны вправе обратиться к председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения дела.
Председатель обязан рассмотреть это заявление в течение пяти суток с момента поступления и своим мотивированным постановлением установить срок проведения судебного заседания по делу или принять иные меры для ускорения рассмотрения дела (в том числе организационные – передать его, например, другому судье).
10) Независимость судей как принцип уголовного процесса.
3.6. Независимость судей (ст. 8.1 УПК РФ)
Введенная в УПК РФ Федеральным законом от 02.07.2013 № 166-ФЗ ст. 8.1 гласит, что при осуществлении правосудия по уголовным делам судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.
Судьи рассматривают и разрешают уголовные дела в условиях, исключающих постороннее воздействие на них. Вмешательство государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц или граждан в деятельность судей по осуществлению правосудия запрещается и влечет за собой установленную законом ответственность.
Информация о внепроцессуальных обращениях государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц или граждан, поступивших судьям по уголовным делам, находящимся в их производстве, либо председателю суда, его заместителю, председателю судебного состава или председателю судебной коллегии по уголовным делам, находящимся в производстве суда, подлежит преданию гласности и доведению до сведения участников судебного разбирательства путем размещения данной информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и не является основанием для проведения процессуальных действий или принятия процессуальных решений по уголовным делам.

11) Осуществление правосудия только судом как принцип уголовного процесса
3.5. Осуществление правосудия только судом (ст. 8 УПК РФ)
Конституционное положение: «Правосудие в РФ осуществляется только судом» (ст. 118) – конкретизировано в ст. 8 УПК РФ в виде формулы: «Никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, установленном законом».
В этом принципе уголовного судопроизводства соединены важнейшие конституционные положения о независимости судебной власти (только независимый орган способен осуществить правосудие), о ее прерогативе (исключительной компетенции) на отправление правосудия и об исключительном праве суда признать обвиняемого виновным в совершении преступления, т. е. опровергнуть презумпцию невиновности путем постановления обвинительного приговора.
Принцип осуществления правосудия только судом гарантируется четким определением в законе того суда, который правомочен осуществлять правосудие по конкретному делу. Подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом (ч. 3 ст. 8 УПК РФ).
Эта норма гарантирует право гражданина на то, чтобы его дело, вне зависимости от занимаемого им должностного положения или общественного резонанса, было рассмотрено на равных основаниях. Нарушение этого правила влечет отмену судебного решения.
Говоря о правосудии, мы имеем в виду процессуальную деятельность всех судебных инстанций по рассмотрению и разрешению отнесенных к их компетенции вопросов. Отменить или изменить приговор или иное судебное решение вправе только вышестоящий орган судебной власти.
14) Уважение чести и достоинства личности как принцип уголовного процесса
3.7. Уважение чести и достоинства личности (ст. 9 УПК РФ)
Рассматриваемый принцип вытекает из международных стандартов взаимоотношений государства и человека. Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод «никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию». В статье 21 Конституции РФ России подчеркнуто: «Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления».
Конкретизируя эти общие положения, в ст. 9 УПК РФ сказано: в ходе уголовного судопроизводства запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного процесса, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья. Никто из участников уголовного процесса не может быть подвергнут пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению.
Закрепление этих правил в уголовно-процессуальном законе имеет особое значение, так как при производстве по уголовному делу совершается множество действий, таящих в себе угрозу чести и достоинству обвиняемого, потерпевшего, свидетеля и других участников процесса. Принцип уважения чести и достоинства личности проявляется во многих положениях УПК РФ. В частности:
♦ недопустимо включение в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного (ч. 2 ст. 305);
♦ при производстве следственного действия запрещено применение насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создание опасности для жизни, здоровья участвующих в нем лиц (ч. 4 ст. 164);
♦ при освидетельствовании лица другого пола, сопровождающемся обнажением, не допускается присутствие следователя (ч. 4 ст. 179);
♦ предусмотрено проведение закрытого судебного заседания в случае угрозы разглашения сведений, унижающих честь и достоинство участников уголовного судопроизводства (п. 3 ч. 2 ст. 241).

15) Неприкосновенность личности как принцип уголовного процесса
3.8. Неприкосновенность личности (ст. 10 УПК РФ)
Право каждого на свободу и личную неприкосновенность закреплено Международным пактом о гражданских и политических правах (п. 1, 2 ст. 9). Оно выражается в установлении особых правил применения мер процессуального принуждения, связанных с лишением человека свободы: задержания, заключения под стражу, помещения в медицинский или психиатрический стационар для производства экспертизы. Никто не должен быть лишен свободы иначе как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом.
Содержание данного принципа включает в себя:
♦ недопустимость ограничения личной свободы без наличия законных оснований;
♦ возможность задержания лица без судебного решения на срок не более 48 часов;
♦ обязанность немедленно освободить всякое лицо, незаконно задержанное, заключенное под стражу, незаконно помещенное в медицинский или психиатрический стационар или содержащееся под стражей свыше установленного законом срока;
♦ исключение угрозы жизни или здоровью условиями заключения и задержания.
Гарантиями неприкосновенности личности служат ограничения продолжительности содержания под стражей и четко определенные в законе основания задержания и ареста (ст. 91, 97,108 УПК РФ), право на обжалование законности и обоснованности содержания под стражей и задержания. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей, помещение в медицинский или психиатрический стационар допускаются только по решению суда.
16) Охрана прав и свобод личности в уголовном судопроизводстве как принцип уголовного процесса
3.9. Охрана прав и свобод человека и гражданина (ст. 11 УПК РФ)
Закрепленные в ст. 2 Конституции РФ обязанности государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина конкретизируются в ст. 11 УПК РФ путем закрепления обязанностей государственных органов, производящих процессуальные действия:
♦ разъяснить права, обязанности и ответственность всех участников процессуального действия и обеспечить возможность фактической их реализации;
♦ разъяснить допрашиваемому лицу право отказаться от дачи показаний при наличии к тому правовых оснований (например, в отношении самого себя) и предупредить о возможности использовать данные им показания в качестве доказательства по уголовному делу;
♦ применить предусмотренные законом меры безопасности участников процесса в случаях, когда к этому имеются основания;
♦ возместить вред, причиненный в результате нарушения прав и свобод при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности.

17) Неприкосновенность жилища как принцип уголовного процесса
3.10. Неприкосновенность жилища (ст. 12 УПК РФ)
«Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения» (ст. 25 Конституции РФ).
В развитие этого конституционного положения в ст. 12 УПК РФ установлено, что производство осмотра жилища требует санкции суда в случае отсутствия на то согласия проживающих в нем лиц, а производство обыска и выемки – в любом случае.
В случаях, не терпящих отлагательства (ч. 5 ст. 165 УПК РФ), данные следственные действия могут быть произведены на основании постановления следователя или дознавателя с последующим уведомлением об этом судьи и прокурора. В такой ситуации судья проверяет законность проведенного следственного действия и выносит постановление о его законности или незаконности. Все доказательства, полученные в ходе следственного действия, признанного незаконным, являются недопустимыми.
Нарушение принципа неприкосновенности жилища может повлечь уголовную ответственность по ст. 139 «Нарушение неприкосновенности жилища» УК РФ Совершение этого преступления должностным лицом с использованием служебного положения является отягчающим вину обстоятельством.
18) Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений как принцип уголовного процесса.
3.11. Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ст. 13 УПК РФ)
Этот принцип, как и неприкосновенность жилища, обеспечивает охрану гарантированной Конституцией РФ (ст. 23) неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны путем установления специальных правил производства следственных действий.
Ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений возможно только на основании судебного решения.
Предварительного получения судебного решения требуют такие следственные действия, как:
♦ наложение ареста на почтовую и телеграфную корреспонденцию и ее выемка в учреждениях связи (ст. 185 УПК РФ);
♦ контроль и запись телефонных и иных переговоров (ст. 186 УПК РФ);
♦ получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами (ст. 1861 УПК РФ).
Исключение из этого правила допускается только в особых случаях, не терпящих отлагательства, с соблюдением рассмотренных выше процессуальных гарантий (ч. 5 ст. 165 УПК РФ).
Оглашение переписки, записи телефонных и иных переговоров, телеграфных, почтовых и иных сообщений лиц в открытом судебном заседании возможно только с их согласия. В противном случае судебное заседание производится в закрытом режиме.
Нарушение данного принципа может повлечь уголовную ответственность по ст. 138 «Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений» УК РФ.
Тайна переписки, почтовых, телеграфных или иных сообщений является частью конституционного принципа неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны, который находит свое выражение и в других нормативных предписаниях УПК РФ, например в ч. 3 ст. 161 (разглашение данных о частной жизни участников процесса без их согласия не допускается), п. 3 ч. 2 ст. 241 (проведение закрытого судебного заседания в случае угрозы разглашения сведений интимного характера).

19) Презумпция невиновности как принцип уголовного процесса.

3.12. Презумпция невиновности (ст. 14 УПК РФ)
«Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда» (ст. 49 Конституции РФ).
Содержание презумпции невиновности раскрывается в следующих правовых положениях ст. 14 УПК РФ:
♦ обвиняемый и подозреваемый не обязаны доказывать свою невиновность, бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого или подозреваемого, лежит на обвинителе (ч. 2);
♦ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в установленном законом порядке, толкуются в пользу обвиняемого (ч. 3). При этом в пользу обвиняемого должны толковаться и сомнения относительно формы вины, роли в достижении преступного результата, если подсудимых несколько, достоверности обвинительных доказательств и т. д.[9];
♦ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях (ч. 4). Это значит, что недоказанная виновность по своему значению равна доказанной невиновности.
Презумпция невиновности – это не мнение следователя, прокурора или судьи, это объективное правовое положение обвиняемого, установленное законом. Оно требует непредвзятого подхода к оценке доказательств, исключает обвинительный уклон, служит гарантией справедливого разрешения уголовного дела.
12) Состязательность сторон как принцип уголовного процесса

3.13. Состязательность сторон (ст. 15 УПК РФ)
В странах с развитой демократией состязательность рассматривается как важнейший принцип осуществления правосудия и гарантия прав участников судебного процесса.
Содержание принципа состязательности заключается в следующих правовых установлениях:
♦ функции обвинения и защиты отделены друг от друга и от функции разрешения дела и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо» (ч. 2 ст. 15 УПК РФ);
♦ суд освобожден от выполнения обвинительных полномочий. Принимая решения, суд не связан позициями сторон и выводами органов предварительного следствия. «Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав» (ч. 3 ст. 15 УПК РФ);
♦ противоборствующие стороны обвинения и защиты равноправны перед судом, имеют равные процессуальные возможности для выполнения своих функций (ч. 4 ст. 15 УПК РФ).
Наиболее полное проявление состязательность находит в судебных стадиях процесса, так как наличие независимого от сторон суда обеспечивает реальное равенство сторон в доказывании своих утверждений. Однако элементы состязательности имеются и в стадии предварительного расследования. Проявлением состязательности является предоставление стороне защиты (обвиняемому, подозреваемому, защитнику) возможности собирать доказательства, обжаловать действия обвинителя и участвовать в судебных процедурах по рассмотрению жалоб и ходатайств участников уголовного процесса.
Состязательность обеспечивает всестороннее (с обеих сторон), а значит, полное и объективное исследование всех обстоятельств преступления, следовательно, является гарантией законности и обоснованности процессуальных решений, объективности и полноты предварительного расследования и правильного разрешения уголовного дела.

20) Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту как принцип уголовного процесса.
3.14. Обеспечение обвиняемому, подозреваемому права на защиту (ст. 16 УПК РФ)
Данный принцип, как отмечалось, тесно связан с презумпцией невиновности. Обвиняемый с точки зрения закона еще не виновен, однако органы предварительного расследования активно осуществляют уголовное преследование данного лица, совершают действия, направленные на доказывание его виновности. Отсюда понятна необходимость предоставить обвиняемому возможность оспаривать и опровергать выдвинутое против него обвинение. Обеспечение права на защиту является также эффективным средством установления обстоятельств преступления и гарантией состязательности судопроизводства.
Право на защиту — это совокупность правовых положений, обеспечивающих обвиняемому, подозреваемому возможность оспаривать обвинение, подозрение всеми предусмотренными и не запрещенными законом способами. Право на защиту – это обобщенное название всего комплекса прав обвиняемого и подозреваемого, оно не сводится к гарантированному Конституцией РФ праву на квалифицированную юридическую помощь и реализуется как самим обвиняемым, подозреваемым, так и его защитником. Поэтому в содержание этого права включается не только весь комплекс прав, принадлежащих обвиняемому, подозреваемому, но и те правовые возможности, которые имеет защитник.
Среди входящих в рассматриваемое понятие прав следует выделить наиболее существенные, вокруг которых группируются другие.
Право обвиняемого знать, в чем его обвиняют, а подозреваемого – в чем его подозревают, должно быть названо первым в числе минимально необходимых прав лица, подвергающегося уголовному преследованию, поскольку от него зависит возможность реализации иных прав. Гарантией этого права служит право подозреваемого и обвиняемого на ознакомление с процессуальными документами, содержащими сведения о подозрении или обвинении, и с материалами дела, в которых содержатся или отражены доказательства, подтверждающие наличие оснований для подозрения и обвинения.
Право защищаться от подозрения или обвинения любыми не запрещенными законом способами реализуется через широкий комплекс прав, перечисленных в ст. 46 и 47 УПК РФ, среди которых право участвовать в процессуальных действиях и в судебных заседаниях, в собирании и исследовании доказательств, заявлять ходатайства и отводы, приносить жалобы на действия, бездействие и решения органов предварительного расследования, прокурора и суда. Объем принадлежащих подозреваемому и обвиняемому прав указанными в ст. 46 и 47 УПК РФ не исчерпывается. Право на защиту включает в себя также многочисленные права, предоставляемые подозреваемому, обвиняемому при участии в тех или иных процессуальных действиях, например при назначении и проведении экспертизы (ст. 195 и 198 УПК РФ), ознакомлении с материалами уголовного дела (ст. 217 УПК РФ).
Составной частью права на защиту и важнейшей его гарантией является право обвиняемого и подозреваемого пользоваться квалифицированной юридической помощью профессионального защитника – адвоката.
Право на защиту обеспечивается многочисленными обязанностями следователя, дознавателя, прокурора и суда (отсюда и название принципа: обеспечение обвиняемому, подозреваемому права на защиту), в производстве которых находится уголовное дело, или производящих отдельные процессуальные действия: разъяснить права при производстве любого процессуального действия с участием подозреваемого, обвиняемого, рассмотреть ходатайство в установленные сроки, обеспечить участие в деле защитника, в том числе бесплатно, предоставить те или иные документы или – по окончании расследования – все материалы дела для ознакомления, выдать копии процессуальных документов (например, постановления о привлечении в качестве обвиняемого, протокола о задержании) и т. д.
Конституционный Суд РФ в Постановлении от 27.06.2000 № 11-П, принятом по жалобе гражданина В.И. Маслова, обратил внимание на то, что государственная защита прав и свобод и юридическая помощь гарантированы Конституцией РФ любому лицу вне связи с формальным признанием его подозреваемым либо обвиняемым в совершении преступления, т. е. с моментом принятия дознавателем или следователем какого-либо процессуального акта. Право на защиту возникает у лица с того момента, когда в отношении этого лица приняты меры, которыми реально ограничиваются свобода и личная неприкосновенность, включая свободу передвижения: удержание официальными властями, принудительный привод или доставление в органы дознания и следствия, содержание в изоляции без каких-либо контактов, а также любые иные действия, существенно ограничивающие свободу и личную неприкосновенность.

21) Свобода оценки доказательств как принцип уголовного процесса.

3.15. Свобода оценки доказательств (ст. 17 УПК РФ)
Принцип свободной оценки доказательств (оценки доказательств по внутреннему убеждению) пришел на смену теории формальных доказательств, существовавшей в русском уголовном процессе до Судебной реформы 1864 г. Согласно теории формальных доказательств доказательства имели различный вес (показания лица духовного сана были предпочтительнее показаний светских лиц, а показания мужчины ценились выше показаний женщины). Высшую ценность имело признание обвиняемым своей вины.
Свободная оценка доказательств исходит из того, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Все доказательства оцениваются судьей, присяжными заседателями, а также прокурором, следователем, дознавателем по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.
Оценка доказательств – мыслительный процесс, направленный на установление таких свойств доказательств (относимость, допустимость, достоверность, достаточность), которые позволили бы использовать их в процессе доказывания. Оценку доказательств осуществляют не только субъекты, названные в ст. 17 УПК РФ, но и другие участники процесса (защитник, обвиняемый, потерпевший). Однако потребность в выведении данного положения на уровень принципа уголовного процесса обусловлена возможностью принятия в результате такой оценки государственно-властных решений именно теми участниками уголовного процесса, которые названы в ст. 17 УПК РФ. Основными компонентами принципа свободной оценки доказательств являются следующие правила:
♦ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы (ч. 2 ст. 17 УПК РФ);
♦ оценка доказательств осуществляется по внутреннему убеждению, т. е. независимо от их оценки другими участниками процесса, в том числе вышестоящими;
♦ оценка доказательств осуществляется самостоятельно и ответственно, перелагать эту обязанность и ответственность за нее на другое лицо недопустимо.
Закон и совесть являются критериями оценки доказательств. Закон определяет требования к форме и содержанию доказательств, устанавливает допустимые правила их собирания и способы проверки, а совесть как нравственная категория, которая предполагает осознание субъектом оценки доказательств своего долга и ответственности перед обществом и другими людьми, не позволяет отступать от требований закона.
Принцип свободной оценки доказательств обеспечивает действие конституционного принципа независимости судей, является важной гарантией самостоятельности следователя, дознавателя, прокурора при принятии ими решений.
13) 3.16. Язык уголовного судопроизводства (ст. 18 УПК РФ)
Этот принцип обеспечивает равноправие участвующих в уголовном судопроизводстве лиц независимо от владения ими языком, на котором ведется судопроизводство.
По общему правилу уголовное судопроизводство на территории РФ ведется на русском языке – государственном языке РФ.
В то же время закон предусматривает, что судопроизводство может вестись на государственных языках входящих в РФ республик, за исключением Верховного Суда РФ, а также военных судов, в которых производство ведется только на русском языке.
Всем участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведется судопроизводство, обеспечивается право делать заявления, давать показания, заявлять ходатайства, знакомиться с материалами дела, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика.
Следственные и судебные документы, подлежащие обязательному вручению участнику судопроизводства (например, обвинительный акт, приговор), должны быть переведены на его родной язык или на язык, которым он владеет.
Эти принципиальные положения основаны на ст. 68 (в органах государственной власти республик государственные языки республик употребляются наряду с государственным языком РФ) и п. 2 ст. 26 (каждый имеет право на пользование родным языком) Конституции РФ.

22) Право обжалования процессуальных действий и решений как принцип уголовного процесса.
3.17. Право на обжалование процессуальных действий и решений (ст. 19 УПК РФ)
Право на жалобу – составная часть конституционного статуса личности и эффективное средство правовой защиты. УПК РФ гарантирует свободу обжалования действий (бездействия) и решений должностных лиц всем заинтересованным участникам уголовного судопроизводства путем урегулирования процедур по принятию и рассмотрению жалоб, отказа от установления перечня действий и решений, которые могут быть обжалованы, и лиц, которые вправе обжаловать незаконные действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда.
Право на обжалование может быть реализовано путем обращения к вышестоящему должностному лицу или в суд. Право на судебную защиту прав и свобод личности гарантировано Конституцией РФ (ст. 46). И в Конституции РФ (ч. 3 ст. 50), и в УПК РФ (ч. 2 ст. 19) особо подчеркивается право каждого осужденного за преступление на пересмотр приговора вышестоящим судом. Приговор и другие решения суда обжалуются в вышестоящий суд в порядке апелляции, кассации, надзора, а также в виде новых и вновь открывшихся обстоятельств.

8) Общеправовой принцип: законность.
Законность, являясь одним из общих принципов правового государства, вытекает из части 2 ст. 15 Конституции, в соответствии с которой органы государственной власти и местного самоуправления, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и иные законы.

Применительно к сфере уголовного судопроизводства принцип законности выражается в обязанности субъектов уголовной юрисдикции и иных участвующих в процессе лиц точно и неукоснительно соблюдать нормы Конституции Российской Федерации, уголовно процессуального права и иных законов, а также общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской федерации.
При этом законодатель установил приоритет УПК РФ перед другими федеральными законами.

Он касается только федеральных законов, равных УПК РФ по юридической силе, поскольку в соответствии с частью 1 ст. 15 и частью 2 ст. 76 Конституции России ни один федеральный закон (в том числе УПК РФ) не может противоречить законодательным актам с более высокой юридической силой.

Это означает, что суд, прокурор, следователь, орган дознания или дознаватель не вправе применять в уголовном процессе законы, противоречащие УПК РФ (ч. 1 ст. 7 УПК РФ). В частности, суд, установив несоответствие федерального закона (иного нормативного правового акта) положениям УПК РФ, принимает решение именно в соответствии с Кодексом (ч. 2 ст. 7 УПК РФ).

Говоря о приоритете УПК РФ над другими нормативными правовыми источниками, следует учитывать, что он не является безусловным и распространяется на все законодательными акты, действующие на территории России.

Так, во первых, устанавливая правоприменительное преимущество Кодекса, законодатель распространяет его лишь на равнозначные УПК РФ по юридической силе нормативные правовые акты – федеральные законы. Таким образом, данный приоритет не касается правовых источников с более высокой степенью юридической силы: международно правовых актов Российской Федерации, Конституции Российской Федерации и федеральных конституционных законов. Это правило объективно вытекает из частей 1, 4 ст. 15 и части 3 ст. 76 Конституции.
Данное правило подкрепляется и позицией Конституционного Суда, выраженной в постановлении от 29 июня 2004 г. № 13 П по делу о проверке ряда положений УПК РФ. В этом документе говорится, что положения частей 1 и 2 ст. 7 УПК РФ по своему конституционно правовому смыслу в системе норм не затрагивают определенную Конституцией России иерархию нормативных актов в правовой системе Российской Федерации и не предполагают распространение приоритета УПК РФ на разрешение возможных коллизий между ним и какими бы то ни было федеральными конституционными законами, а также между ним и международными договорами Российской Федерации. Если же в ходе производства по уголовному делу будет установлено несоответствие между федеральным конституционным законом (либо международным договором Российской Федерации) и УПК РФ (который является обычным федеральным законом), применению – согласно части 4 ст. 15 и части 3 ст. 76 Конституции России – подлежит именно федеральный конституционный закон или международный договор Российской Федерации как обладающие большей юридической силой по отношению к обычному федеральному закону.
Во вторых, приоритет УПК РФ нельзя рассматривать догматично, исключительно с формальных позиций. Не следует исключать возможность использования и применения в сфере уголовно процессуальной деятельности других правовых положений, установленных не самим Кодексом, а иными нормативными правовыми актами. При этом данное правило является особо актуальным применительно к гарантиям прав и законных интересов участвующих в деле лиц, которые в силу определенных причин не нашли своего отражения в тексте самого УПК РФ.
Как определил Конституционный Суд, приоритет УПК РФ перед другими федеральными законами не является безусловным. Он, в частности, может быть ограничен правилами о том, что в случае коллизии между различными законами равной юридической силы приоритетными признаются последующий закон и закон, который специально предназначен для регулирования соответствующих отношений. О безусловном приоритете норм уголовно процессуального законодательства не может идти речь и в случаях, когда в иных (помимо самого УПК РФ, закрепляющего общие правила уголовного судопроизводства) законодательных актах устанавливаются дополнительные гарантии прав и законных интересов отдельных категорий лиц, обусловленные в том числе их особым правовым статусом (см. определение от 8 ноября 2005 г. № 439 О).
Особое внимание принцип законности уделяет правомерности действий и решений субъектов уголовной юрисдикции, поскольку именно они наделены государственно властными полномочиями правоприменительного характера. Так, в соответствии с частью 3 ст. 7 УПК РФ нарушения, допущенные в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, органом дознания, следователем, прокурором или судом, влекут за собой признание полученных таким путем доказательств недопустимыми, т. е. не имеющими юридической силы. Это принципиальное положение конкретизируется целым рядом норм как общей, так и особенной части уголовно процессуального права (ст. 75, ч. 2–4 ст. 88, ст. 235 УПК РФ и т. д.).

И наконец, из содержания принципа законности вытекают процессуальные требования, предъявляемые к государственно властным решениям субъектов уголовной юрисдикции. Так, согласно части 4 ст. 7 УПК РФ определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя, дознавателя должны отвечать критериям: а) законности; б) обоснованности и в) мотивированности.

Законность процессуального решения означает его строгое соответствие требованиям процессуального закона. При этом думается, что законным можно считать решение, отвечающее следующим признакам:

– решение должно быть принято только определенным субъектом уголовной юрисдикции (например, решение о заключении лица под стражу – только судом, решение о возбуждении уголовного дела – органом дознания или следователем и т. д.);

– решение может быть принято только при наличии на то установленных законом оснований;

– решение должно быть оформлено только определенным процессуальным документом, соответствующим требованиям УПК РФ, как по форме, так по содержанию;

– если для вынесения решения установлен определенный процессуальный порядок, то оно может быть принято не иначе как в таком порядке.

Обоснованность процессуального решения означает соответствие сделанных в нем выводов фактическим обстоятельствам уголовного дела. Так, решение может быть принято только на основе достаточной совокупности доказательств (в некоторых случаях – иных сведений), объективно подтверждающих его целесообразность или необходимость.

Мотивированность процессуального решения предполагает наличие в содержащем его уголовно процессуальном документе так называемой описательно мотивировочной части. Это позволяет субъекту уголовной юрисдикции раскрыть (продемонстрировать потенциальным читателям) содержание своей аналитической деятельности, предшествовавшей принятию такого решения.

Процессуальные требования законности, обоснованности и мотивированности взаимообусловлены и неразрывно связаны между собой. Так, обосновывая процессуальное решение, дознаватель, следователь, прокурор или суд устанавливают законные основания для его принятия. Мотивированность, с одной стороны, является внешним выражением обоснованности, а с другой – законодательно установленным элементом соответствующего процессуального документа.

Нарушение указных требований субъектами уголовной юрисдикции влечет отмену или изменение соответствующего процессуального решения (например, ч. 4 ст. 146, ст. 214, 379 УПК РФ и т. д.).

7) Принципы публичности и диспозитивности, его отражение в уголовном судопроизводстве.
Принцип публичности (ст. 21 УПК РФ).Сущность этого принципа заключается в обязанности стороны обвинения осуществлять уголовное преследование при обнаружении признаков преступления независимо от волеизъявления других участников процесса.
В соответствии с этим принципом
а) уголовное преследование от имени государства по уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения осуществляют прокурор, а также следователь и дознаватель;
б) прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель при обнаружении деяния с признаками преступления обязаны принять предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по установлению события преступления и уголовному преследованию (изобличению) лица или лиц, виновных в его совершении;
в) уголовное преследование от имени государства по делам частного или частно-публичного обвинения в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ, осуществляют следователь, а также дознаватель с согласия прокурора независимо от волеизъявления потер-певшего или его законного представителя;
г)требования, поручения и запросы должностных лиц органов, осуществляющих предварительное расследование (досудебное производство), обязательны для исполнения всеми учреждениями, предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами.
Принцип диспозитивности в уголовном судопроизводстве можно определить как зависимость движения дела (его возбуждение, формулирование обвинения, возможность примирения, отказа от поддержания обвинения и др.) от волеизъявления сторон. Построение уголовного процесса на диспозитивных началах предполагает наделение сторон правами, предопределяющими возникновение, движение и окончание процесса, т.е. возможностью совершать распорядительные действия, от которых зависит юридическая судьба дела. В частности, принцип диспозитивности предполагает, что государство не должно вмешиваться в конфликт между частными лицами, если он не нарушает общественных или государственных интересов. Потерпевший в таких случаях, сознавая возможность судебной защиты своих прав, сам решает вопрос о необходимости обращения в суд либо о прекращении судопроизводства на любой стадии процесса. Отсюда наиболее последовательно принцип диспозитивности реализуется в производстве по делам частного обвинения.

Однако институтом производства по делам частного обвинения данный принцип не ограничен. Поскольку Конституция и УПК признали приоритетными именно интересы личности, то уголовный процесс может и должен существовать, прежде всего, ради интересов пострадавшего от преступления лица, а не безликого государственного интереса. Преступное деяние, причинившее вред личности, всегда должно влечь признание за потерпевшим правового статуса частного обвинителя в уголовном процессе, в том числе и по делам частно-публичного и публичного обвинения, с тем, чтобы он мог полноценно, как равноправный участник процесса выражать в нем свою волю. Тем не менее, становится или не становиться обвинителем – это право, а не обязанность потерпевшего, он должен иметь возможность в любой момент отказаться от поддержания обвинения. Прекратится процесс или нет в данном случае, зависит только от того, участвует ли в нем государственный обвинитель. Продолжение процесса с участием только государственного обвинителя не противоречит диспозитивности, ибо оно обусловлено тем, что прокурор представляет публичные интересы, и необходимость их защиты выступает предпосылкой к продолжению процесса.
Принцип диспозитивности не сводится к частному началу в уголовном процессе. Здесь важно четко отграничивать одно понятие от другого, не допуская путаницы в терминологии. Так, Седаш Е.А. считает что «частное начало можно определить через свободу участников уголовного процесса распоряжаться своими правами, но это будет всего лишь определенная часть диспозитивности. Хотя диспозитивность и частное начало и обладают некоторой схожестью, их различие очевидно. И состоит оно в назначении и пределах действия этих начал. Если диспозитивность представляет собой основу организации всего гражданского процесса, то частное начало в уголовном судопроизводстве – это всего лишь элемент организации уголовно-процессуальной деятельности, представляющей по своей сути дополнение к принципу публичности». Данное суждение представляется нам недостаточно обоснованным по следующим причинам. Частное начало уголовного судопроизводства – это возможность защиты в процессе частных интересов, т.е. интересов физических и юридических лиц (потерпевшего, гражданского истца и ответчика, обвиняемого), а не свобода участников распоряжаться своими процессуальными правами.
Формой проявления диспозитивности в уголовном судопроизводстве является закрепленное в законе или вытекающее из смысла закона диспозитивное право участника уголовного процесса или иного лица, отстаивающего (защищающего, представляющего) в уголовном деле личный интерес. Уточним, что не реализацию участником уголовного процесса диспозитивного права при производстве по конкретному уголовному делу, а само существование (закрепление в законе) такого права следует считать формой проявления диспозитивности.

Не все процессуальные права, предоставляемые законом участникам уголовного процесса, отстаивающим (защищающим, представляющим) в уголовном деле личный интерес, являются диспозитивными.
Для диспозитивных прав характерен ряд черт.
Во-первых, право является диспозитивным только в том случае, если ему соответствует безусловная обязанность должностного лица совершить определенные действия (воздержаться от их совершения).
Надо отметить, что обязанность эта в стадии досудебного производства может быть возложена не только на должностное лицо, осуществляющее предварительное расследование, но и на органы, осуществляющие надзорные и контрольные функции: прокурора и суд.
Во-вторых, диспозитивные права реализуются в целях отстаивания (защиты, представительства) участниками уголовного процесса личных интересов. Из этого следует, что к диспозитивным не могут быть отнесены права, реализация которых является публичной обязанностью участника уголовного процесса.
Некоторые ученые придерживаются мнения, что законные интересы отдельного человека и есть публичный интерес. Более правильной представляется позиция В. С. Шадрина, по мнению которого законный интерес личности не нуждается в присвоении ему титула публичного.
Он сам по себе представляет ценность, которая в любом случае должна рассматриваться как отнюдь не меньшая, чем ценность общественного интереса.
В-третьих, к диспозитивным относятся только те права, реализация которых оказывает значительное влияние на производство по уголовному делу.
Для отечественной науки уголовного процесса уже в советский период было характерно выделение материальной и процессуальной (формальной) диспозитивности, хотя эти термины применительно к уголовному судопроизводству практически не употреблялись. Так, например, М. С. Строгович, А. Л. Цыпкин различали свободу распоряжения предметом уголовного преследования (обвинением) и свободу распоряжения процессуальными средствами для отстаивания своих интересов и защиты прав.
Материальную диспозитивность составляет право распоряжения предметом уголовного процесса — обвинением (или право распоряжения уголовным иском). О наделении лица правом распоряжения уголовным иском можно говорить лишь тогда, когда ему принадлежат полномочия возбуждать уголовное преследование, формулировать и изменять обвинительный тезис, а также отказаться от обвинения.
Материальная диспозитивность в уголовном процессе выражается также в возможности распоряжения спорным материальным правом при производстве по гражданскому иску в уголовном деле.
Действие процессуальной диспозитивности связано с предоставлением участникам уголовного судопроизводства и иным заинтересованным лицам для отстаивания (защиты, представительства) личных интересов процессуальных прав, реализация которых не связана с распоряжением предметом уголовного процесса, но оказывает значительное влияние на производство по уголовному делу.
Для участников уголовного процесса, выступающих на стороне обвинения или защиты, процессуальная диспозитивность — это прежде всего возможность, используя свои процессуальные права, отстаивать свою позицию по уголовному делу, эффективно осуществлять уголовно-процессуальную функцию. В. А. Рязановский писал: «…если стороне в процессе принадлежит распоряжение самим субъективным правом — ей должно принадлежать и распоряжение процессуальными средствами борьбы для защиты этого права: приводить доказательства или не приводить их, обжаловать решение суда или нет и т. п. (формальная диспозитивность)»10 . Для свидетелей процессуальная диспозитивность выражается в свободе распоряжения предоставленными им в целях защиты личных интересов процессуальными правами (например, в праве в предусмотренных законом случаях воспользоваться свидетельским иммунитетом, явиться на допрос с адвокатом и т. д.).
Говоря о значении диспозитивности в уголовном судопроизводстве, следует отметить, что в советской Правосудие и судебная практика науке уголовно-процессуального права преобладало мнение, согласно которому отдельные черты диспозитивности, проявляющиеся в уголовном процессе, не достигают такой зрелости, чтобы приобрести статус принципа. Вместе с тем М. С. Строгович отмечал, что в уголовном процессе имеет применение именно принцип диспозитивности, хотя его и нельзя признать основным принципом уголовного процесса.

6) Конституционные принципы, не закрепленные в УПК РФ, их значение и реализация в уголовном процессе.
Принципы записаны в Конституции Российской Федерации, Уголовно-процессуальном кодексе и других федеральных законах. Все принципы неразрывно связаны между собой и образуют единую совокупность правовых начал, одинаково значимых для достижения целей уголовного процесса. Каждый из них определяет такую сторону судопроизводства, без которой невозможно правильное осуществление его задач. Большинство принципов закреплено в Конституции РФ, в отдельных статьях закона в виде особых правовых правил (ст. 22, 25, 48, 49 Конституции РФ). Конституционные принципы включены и в основные положения Уголовно- процессуального кодекса. В других нормах определяется механизм их действия применительно к той или иной стадии производства по делу (сравните, например, ст. 48 Конституции РФ и ст. 47-51 УПК). Какой бы, однако, ни была юридическая форма закрепления принципов, они всегда выступают в качестве норм общего и руководящего значения, имеющих трехчленную структуру: гипотезу, диспозицию и санкцию. Иначе в правоприменительной деятельности соблюдались бы не сами принципы, а только конкретизирующие их нормы. Конституционные принципы являются нормами акта, имеющего высшую юридическую силу и прямое действие. Это означает право на применение этих норм непосредственно в случаях, когда соответствующие этим нормам правила отсутствуют в Уголовно-процессуальном кодексе. Принципы действуют в рамках целостной системы, где сущность и значение каждого принципа обусловливаются не только собственным содержанием, но и функционированием всей системы, где нарушение любого принципа приводит обычно к нарушению других принципов и тем самым к нарушению законности при производстве по делу. Конституция РФ и внесенные в последние годы изменения и дополнения в уголовно-процессуальное законодательство значительно углубили и обогатили демократическое содержание принципов, расширили диапазон их применения, усовершенствовали формулировку отдельных начал, укрепили гаран- тийную обеспеченность принципов. Новый УПК Российской Федерации должен ознаменовать дальнейшее совершенствование нормативного закрепления принципов судопроизводства и определения механизма их действия, в частности обеспечения права потерпевшего на судебную защиту, гарантий прав обвиняемого, подозреваемого на защиту, принципа равноправия сторон и состязательности, гарантий независимости судей и др. Есть принципы, которые равным образом действуют на всех стадиях процесса (например, законность, неприкосновенность частной жизни, право на личную и семейную тайну…), но есть принципы, которые не реализуются на всех стадиях процесса. Пределы осуществления того или иного принципа определяются общими задачами уголовного судопроизводства и непосредственными задачами конкретной стадии. Во всяком случае, к принципам процесса относятся те правовые положения, которые гарантируют права и свободы человека и гражданина в уголовном процессе, определяют построение судебного разбирательства как центральной стадии процесса и находят свое выражение (хотя бы ограниченное)в одной или нескольких стадиях, предшествующих судебному разбирательству или следующих за ним.*

5) Принципы, характерные только для уголовного судопроизводства.
В систему принципов уголовного процесса входят:
1) принцип законности (ст. 15 Конституции РФ, ст. 7 УПК);
2) принцип осуществления правосудия только судом (ст. 47, 118 Конституции РФ, ст.8 УПК);
3) принцип уважения чести и достоинства личности (ст. 21 Конституции РФ, ст.9 УПК);
4) неприкосновенность личности (ст.22 Конституции РФ, ст.10 УПК);
5) охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве (ст. 2, 45, 46, 51, 52, 53 Конституции РФ,
ст.11 УПК);
6) неприкосновенность жилища (ст. 25 Конституции РФ, ст. 12 УПК);
7) тайна переписки, телефонных и иных переговоров, постовых, телеграфных и иных сообщений (ст. 23 Конституции
РФ, ст.13 УПК);
8) презумпция невиновности (ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК);
9) состязательность сторон (ст. 23 Конституции РФ, ст. 15 УПК);
10) обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту (ст. 48 Конституции РФ, ст. 16 УПК);
11) свобода оценки доказательств (ст. 120 Конституции РФ, ст. 17 УПК);
12) язык уголовного судопроизводства (ст. 26 Конституции РФ, ст. 18 УПК);
13) право на обжалование процессуальных действий и решений (ст. 45, 46 Конституции РФ, ст. 19 УПК).
Принципы отражают сущность и содержание уголовного процесса, характеризуют его исторический тип, определяют предмет и метод процессуального регулирования. Принципы характеризуют уровень защиты прав и свобод человека в уголовном судопроизводстве. Однако далеко не каждое общее правовое положение является принципом уголовного судопроизводства, поэтому рассмотрим признаки, позволяющие отличить принципы от иных правил уголовного процесса:
1) принципы уголовного процесса представляют собой объективные правовые категории, отражающие политические, правовые и нравственные идеи, господствующие в обществе. Принципы уголовного судопроизводства не могут произвольно определяться законодателем, они отражают тип государства и соответствующее ему право, уровень развития теоретической мысли, судебной практики, правосознания общества.
Принципы российского уголовного судопроизводства определяются тем, что Россия — социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. Именно поэтому принципы уголовного судопроизводства тесно связаны с такими общеправовыми принципами, закрепленными в Конституции РФ, как верховенство закона (ст. 15), равенство всех перед законом и судом (ст. 19), неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны (ч. 1 ст. 23), право на пользование родным языком (ст. 26) и др. Все принципы уголовного судопроизводства исходят из признания человека, его прав и свободвысшей ценностью, что является основной идеей демократического государства;
2) принципы уголовного судопроизводства представляют собой наиболее общие правовые положения, т. е. содержанием каждого из них является достаточно общая, широкая правовая идея, которая находит свое конкретное выражение не только в формулировке принципа в гл. 2 УПК, но и в ряде других процессуальных правил, институтов уголовно-процессуального права. Не все принципы уголовного судопроизводства действуют на всех его стадиях. Это и понятно, поскольку пределы действия того или иного принципа определяются как общими задачами уголовного судопроизводства, так и конкретными задачами отдельных стадий уголовного процесса. Однако все принципы уголовного судопроизводства находят свое выражение в судебном разбирательстве — центральной стадии уголовного процесса;
3) все принципы уголовного судопроизводства имеют нормативное выражение, т. е. закреплены в законе. Именно это обеспечивает их непосредственное регулятивное воздействие на уголовно-процессуальные отношения. Какой бы ценной ни была научная идея, та или иная правовая мысль, она не станет принципом уголовного судопроизводства, пока не получит нормативную форму. Каждый из принципов уголовного судопроизводства имеет традиционную структуру уголовно-процессуальной нормы, включающую гипотезу, диспозицию и санкцию. Обладая таким общим признаком, как закрепление в законе, принципы уголовного судопроизводства отличаются друг от друга формами такого закрепления.
Все принципы уголовного судопроизводства обусловлены теми или иными положениями Конституции РФ. Большинство принципов прямо закреплены в отдельных статьях Конституции в виде конкретных правовых правил (например, ст. 21—23, 46—49 и др.), а механизм их реализации применительно к уголовному судопроизводству дается в УПК. Однако некоторые принципы не имеют прямого конституционно-правового закрепления в виде отдельной нормы, а выводятся из содержания других положений Конституции РФ. Так, принцип свободы оценки доказательств (ст. 17 УПК) обусловлен таким конституционно-правовым принципом, как независимость судей (ст. 120 Конституции РФ).
В принципах уголовного судопроизводства находят свое отражение и общепризнанные положения таких международно-правовых актов, как Всеобщая декларация прав человека, Международный пакт о гражданских и политических правах, ЕКПЧ и др.
В УПК принципы уголовного судопроизводства впервые закреплены в отдельной главе (гл. 2, ст. 6—19). Конкретизируются принципы в иных нормах как Общей, так и Особенной части УПК;
4) принципы уголовного судопроизводства являются нормами руководящего значения, т. е. подлежат непосредственному применению и являются обязательными к исполнению всеми участниками уголовного судопроизводства наряду с конкретными правилами. Обязательность принципов уголовного процесса гарантируется их закреплением в Конституции РФ, имеющей высшую юридическую силу на территории РФ. В случае возникновения неясностей применительно к содержанию той или иной нормы уголовно-процессуального закона она должна толковаться правоприменителем в контексте смысла, придаваемого ей соответствующим принципом уголовного судопроизводства;
5) все принципы уголовного судопроизводства образуют целостную систему, где содержание и значение каждого принципа обусловлено функционированием всей их системы. Нарушение одного принципа уголовного процесса, как правило, влечет нарушения ряда других принципов;
6) соблюдение принципов уголовного судопроизводства гарантируется внутригосударственным законодательством, обеспечивающим как отмену или изменение незаконного или необоснованного действия (бездействия) или решения должностного лица, государственного органа, так и право граждан обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты исчерпаны (ч. 3 ст. 46 Конституции РФ).