Нормы вещного права в Псковской судной грамоте (ст. 9-15, 31, 66, 72, 88, 89, 100, 118):

Нормы вещного права в Псковской судной грамоте (ст. 9-15, 31, 66, 72, 88, 89, 100, 118):
а) появление понятий движимого и недвижимого имущества;
б) способы возникновения права собственности на вещи;
в) иные вещные права («кормля», аренда)

Псковская Судная Грамота является важнейшим памятником права при изучении гражданско-правовых отношений Пскова Право собственности на землю являлось привилегией двух сословий, вместе составлявших господствующий: дворянства и духовенства. Переход земли из одних рук в другие, за весьма редким исключением, мог производиться лишь в пределах этих сословий.
Главным богатством феодального общества являлась земля, и господствующий класс, владея землей, присваивал весь прибавочный труд непосредственных производителей — крепостных крестьян. Основой феодальной эксплоатации, таким образом, является феодальная соб¬ственность на землю. Вследствие этих же причин положение сословия или отдельных лиц в феодальном обществе определяется их отношением к земле, к этому основному виду собственности.
Крепостные крестьяне, непосредственные производители, наделенные участками земли, были обязаны нести повинности перед феодалом. «Во всех странах Европы феодальное производство характеризуется разделением земли между возможно большим количеством ленно-зависимых крестьян. Могущество феодальных господ, как и всяких вообще суверенов, определялось не размерами их ренты, а числом их подданнык, а это последнее зависит от числа крестьян, ведущих самостоятельное хозяйство»56.
Степень зависимости и подчинения крестьянского населения может быть различна, но какова бы она ни была, феодальное крестьянство должно было платить феодалу так называемую феодальную ренту.
С собственностью на землю связано не только экономическое господство феодала над зависимыми крестьянами, но и политическая власть. Феодал не только организует экоплоатацию крестьянства, но и осуществляет над ним функции государственной власти: судебные, финансовые, полицейские и т. д.
Соединение крупного землевладения с мелким крестьянским хозяйством также является одной из характерных черт поземельной собственности эпохи феодализма
Псковской Судной Грамоте имеется ряд статей, регулирующих право собственности.
Прежде всего Судная Грамота различает имущество недвижимое (отчина) и движимое (живот).
О недвижимом имуществе (отчине) упоминается в ст. ст. 88, 89 и 100, о движимом имуществе (животе) — в ст. ст. 14, 15, 31, 84, 86, 89, 100 и др.
К недвижимому имуществу относятся: пахотная земля, земля под лесом, исад, т. е. вода или рыболовный участок, двор, клесть (кладовая) и борть (пчельник).
Для лучшей защиты недвижимого имущества, принадлежащего господствующему классу, Псковская Судная Грамота обставляет приобретение и отчуждение недвижимого имущества большими формальностями, чем движимого.
Из движимого имущества Псковская Судная Грамота упоминает: серебро, платье, украшения (ст. 14), вооружение, коня (ст. 31), хлеб (ст. 86), деньги (ст. 107), корову, собаку и другой скот (ст. 110).
Движимое имущество (живот) Судная Грамота делит на «животное» (скот) и «назрячее» (другое имущество).
Псковская Судная Грамота знает так называемое право выкупа отчужденной земли. Это право выкупа не распространялось на другие виды имущества, кроме земли. Право выкупа заключалось в том, что собственник земли мог продать другим лицам свою землю, но за ним и за его законными наследниками сохранялось право выкупа проданной земли в течение определенного срока. Поскольку срок выкупа не указан в Псковской Грамоте, следует предположить, что этот срок устанавливался сторонами при заключении сделки.
В ст. 13 право выкупа регулировалось следующим образом: лицо, желающее воспользоваться правом выкупа, должно было обратиться в суд с письменными доказательствами, удостоверяющими, что еще не истекло его право выкупа данной земли. Если он не мог представить письменных доказательств, то опор в этом случае решался по желанию ответчика «полем» или присягой истца.
Псковская Судная Грамота упоминает основные способы приобретения права собственности: по договорам, по наследству, по давности и приплод. В данной главе мы имеем в виду показать, как Судная Грамота регулировала приобретение права собственности по давности и приплод. Другие способы приобретения права собственности будут показаны в разделах, посвященных обязательственному и наследственному праву.
Всякое лицо, обрабатывающее участок полевой земли и имеющее на нем пашню или двор или пользующееся исадом, т. е. рыболовным участком, в течение 4—5 лет, считался собственником этой земли или воды. В случае возбуждения кем-либо спора владелец должен, в соответствии со ст. 9 Грамоты, подтвердить владение землей или водой показаниями 4—5 соседей. Если свидетели покажут, что ответчик действительно обрабатывал эту землю или пользовался водой в течение 4—5 лет, а истец за это время не заявлял каких-либо претензии к владельцу, то суд отказывал истцу, а владелец обязан был подтверждать свое право на спорную землю или воду присягой.
Таким образом, для установления права собственности на землю или на воду по давности требовалось четыре условия: во-перзых, обработка земли или пользование рыболовным участком в течение 4—5 лет; во-вторых, на¬личие пашни или двора «а спорном участке; в-третьих, показания 4—5 свидетелей; в-четвертых, отсутствие претензий со стороны истца в течение 4—5 лет на спорную землю или воду.
Однако этот способ приобретения права собственности не распространялся на случаи спора о земле, неудобной для обработки (земля под лесом). В этом случае (ст. 10) спор разрешался в обычном поряде судом. Но если обе тяжущиеся стороны представляли грамоты на право владения спорным участком леса и при этом выяснялось, что одна и та же часть леса по грамотам оказывалась в межах обоих владельцев, то суд назначал межевщиков, которые устанавливали границы между владениями тяжущихся и показывали эту границу в грамотах сторон. После этого тяжущиеся присуждались к поединку. Сторона, победившая в поединке, выигрывала дело, получала правую грамоту суда на спорный участок леса.
Псковская Судная Грамота в ст. 106 зафиксировала порядок разрешения споров между владельцем земли или ульев диких пчел с сябрами, т. е. крестьянами-общинниками. Правда, необходимо отметить, что указанная статья изложена настолько неточно и неясно, что дает основания для различных толкований. Однако, эта статья дает нам возможность установить, как разрешались во Пскове подобного рода споры. Спор в данном случае мог возникнуть вследствие того, что феодал или монастырь могли приобрести земельный участок или лесной участок с ульями диких пчел у сябров, или общинников. По истечении определенного времени границы этого участка могли потерять свою определенность.
Очень часты были случаи, когда владелец этого участка, будь то феодал или монастырь, воспользовавшись неопределенностью границ своего участка с землей крестьянской общины, захватывал близлежащие земли из фонда крестьянской общины с целью расширить свою собственную запашку. Об этом свидетельствуют дошедшие до нас правые грамоты Псковского государства.
В этом случае опор разрешался следующим образом: суд направлял межевщиков, которые должны были, согласно показаниям старожилов, определить границы спорного участка с землей крестьянской общины. После этого владелец участка должен был принести присягу на суде о том, что спорная земля принадлежит ему, или мог предоставить принести присягу сябрам. В этом случае присягали не все сябры, а только один из них по их по¬ручению. Присягнувшему владельцу или сябрам выдавалась правая грамота на владение тем участком земли, который был назван под присягой своим. Следовательно, доказательством правильности границ земельного участка феодала с землей крестьян-сябров являлась его очистительная присяга.
Указанньми нормами Псковской Судной Грамоты исчерпывается регулирование феодальной поземельной собственности во Псковском государстве. Как видно из этих статей, в Пскове существовала развитая система сделок, среди которых значительное место занимали сделки, свя¬занные с установлением и прекращением права собственности на землю.
Одним из способов приобретения права собственности на движимое имущество являлась находка. Находке посвящена лишь ст. 47. В ней указывается, что если кто найдет какую-либо вещь, а другой признает ее своей, то дело решается так же, как решается вопрос о покупке краденой вещи на рынке введенным в заблуждение покупателем.
Покупка краденой вещи на рынке регулировалась ст. ст. 46 и 50. Порядок рассмотрения подобных споров будет показан несколько ниже, в разделе, посвященном анализу договора купли-продажи.
В заключение рассмотрим еще один из способов приобретения права собственности на движимое имущество: речь идет о так называемом приплоде, регулируемом ст. ст. 110 и 118. По ст. 118 лицо, продавшее стель¬ную корову, не могло требовать возвращения телят, родившихся после продажи коровы. Приплод считался собственностью купившего корову.
Согласно ст. 110, истец вчиняет иск к ответчику о взыскании с него коня, коровы, собаки или какого-либо другого животного, утверждая, что это животное принадлежит ему. Если ответчик заявил на суде, что спорное животное является доморощенным, то для установления этого факта достаточно одной его присяги в том, что это животное действительно доморощенное. На этом основании суд должен был отказать истцу.
Из этого очевидно, что законодатель Пскова считал приплод настолько простым и очевидным способом приобретения права собственности, что для доказательства этого факта достаточно было очистительной присяги собственника скота для того, чтобы всякому претенденту на его скот было отказано в иске.
Псковская Судная Грамота знала такой институт вещного права, как право пользования чужой вещью («кормля»). Кормля регулировалась ст. ст. 72, 88 и 89. Как видно из грамоты, этим правом обычно пользовался переживший супруг, который владел движимым и недвижимым имуществом умершего супруга пожизненно, при условии, что он не вступит в новый брак. В противном случае он лишался права пользования этим имуществом и оно переходило к родственникам умершего супруга.
В некоторых случаях, то завещанию наследодателя, кормля после смерти пережившего супруга подлежала переходу в собственность монастыря.
Лицо, получившее по завещанию недвижимое имущество в пожизненное пользование, в случае продажи этого имущества обязывалось выкупить проданное имущество, а в дальнейшем лишалось права им пользо¬ваться. И в данном случае законодатель защищал интересы собственника от владеющего несобственннка.