1. Предпосылки создания и общая характеристика Великой Хартии Вольностей

1. Предпосылки создания и общая характеристика Великой Хартии Вольностей:
В Англии в начале XIII в. лагерь оппозиционных сил, получивших название «община всей земли», закончился компромиссом и подписанием Хартии. Хартия была вынуждена уступками оппозиционных сил со стороны короля, а не документом, который он добровольно даровал своим подданным, свидетельствует ряд ее положений. В частности, в (ст. 61- После же того, как мы, для Бога и для улучшения королевства нашего и для более успешнаго умиротворения раздора, родившагося между нами и баронами нашими, все это вышеназванное пожаловали, желая, чтобы они пользовались этим прочно и нерушимо на вечныя времена, создаем и жалуем им нижеписанную гарантию, именно: чтобы бароны избрали двадцать пять баронов из королевства, кого пожелают, которые должны всеми силами блюсти и охранять и заставлять блюсти мир и вольности, какия мы им пожаловали и этой настоящей xapтией нашей подтвердили, таким именно образом, чтобы, если мы или наш юстициарий, или бэйлифы наши, или кто-либо из слуг наших, в чем-либо против кого-либо погрешим или какую-либо из статей мира или гарантии нарушим, и нарушение это будет указано четырем баронам из вышеназванных двадцати пяти баронов, эти четыре барона явятся к нам или к юстициарию нашему, если мы будем находиться за пределами королевства, указывая нам нарушение, и потребуют, чтобы мы без замедления исправили его.) указывается первопричина пожалования данной Хартии — «умиротворение раздора, родившегося между нами (королем) и баронами нашими». Вместе с тем ВХВ указывает и на более широкомасштабные цели «улучшения королевства нашего», подоплекой чему был выходящий за рамки общепринятых правовых обыкновений произвол короля и его администрации: многочисленные финансовые нарушения, произвольное повышение налогов (особенно «щитовых денег»), судебные и внесудебные, например лесные, штрафы, денежные подмоги вассалов, введение налога на движимое имущество, которым облагались и бароны, и купцы, и сельские жители, и пр.
Беспредельное выкачивание у населения денег, которые требовались на непопулярную войну с Францией, на выплату дани Папе Римскому, на наемников и пр., как главная функция административного аппарата в центре и на местах во главе с Curia regis, сопровождалось неприкрытыми злоупотреблениями: внесудебной конфискацией земель у непосредственных держателей короля за малейший проступок, лишением свободы без судебного разбирательства и т.п. Хартия пестрит сведениями (ст. 31- Ни мы, ни чиновники наши не будем брать лес для укрепления или для других надобностей наших иначе, как с согласия самого того, кому этот лес принадлежит, 47- Все леса, которые стали заповедными королевскими лесами при нас, немедленно же должны перестать быть ими; так же надлежит поступать и с реками, которыя были объявлены нами заповедными., 48- Все дурные обычаи, существующие относительно заповедных королевских лесов и выделенных в них для охоты заповедных мест, а также должностных лиц, заведующих этими лесами и местами, шерифов и их слуг, рек и их охранителей, немедленно же должны быть подвергнуты разследованию в каждом графстве через посредство двенадцати присяжных рыцарей из того же графства, которые должны быть избраны честными людьми того же графства, и в течение сорока дней после того, как будет произведено разследование, должны быть ими совершенно уничтожены, чтобы больше никогда не возобновляться, так, однако, чтобы мы предварительно об этом были уведомлены или наш юстициарий, если мы не будем находиться в Англии.), указывающими на злоупотребления короля, на наличие «дурных обычаев», связанных, в частности, с лесными заповедниками, занимавшими значительную часть территории страны и включавшими как пахотные земли, так и луга и парки, изъятые из-под контроля «общего права». Эти земли управлялись королевскими лесничими, которые на своей территории могли без суда и следствия жестоко карать за любые правонарушения, вплоть до смертной казни с конфискацией имущества. Борьба свободных держателей за свои права на владение этими угодьями, дарованные им Лесной ассизой Генриха II, не прекращалась в Англии в течение всего XIII в.
Все эти злоупотребления затрагивали прежде всего крупных землевладельцев, связанных вассально-ленными отношениями непосредственно с королем как со своим сеньором. Парадоксально, что бароны (во главе с великими баронскими семьями), занимая доминирующее положение в английском обществе и непосредственно находясь под своевольной властью короля, были в меньшей мере, чем вассалы других лордов, защищены от его злоупотреблений феодальным обычаем и традиционными судебными процедурами. Это в значительной мере определило ведущую роль баронов в оппозиции королю, что повлияло на содержание большинства статей Хартии, с помощью которых королевские вассалы хотели восстановить свои нарушенные имущественные права и установить гарантии их неприкосновенности в будущем.
Принципиально новым обстоятельством борьбы баронов с королем в начале XIII в. стала поддержка их всеми сословными группами свободного населения Англии: клиром, рыцарями, горожанами, фригольдерами. Их сотрудничество, совместные действия основывались на совпадении интересов в обуздании королевского произвола.
Огромная роль в поражении короля принадлежала католической церкви в лице Папы Римского и его ставленника архиепископа Кентерберийского Стефана Ленгтона. Разногласия между королем Иоанном Безземельным и Папой Римским Иннокентием III в связи с отказом короля принять в качестве архиепископа Кентерберийского папского ставленника, затрагивающим важнейшую прерогативу Церкви, привели в 1208 г. к наложению интердикта на всю Англию (приостановке осуществления церковных служб и таинств) и отлучению английского короля от Церкви. Попытки Иоанна назначить на церковные должности своих людей закончились тем, что он был лишен трона. Покорившись Папе в 1213 г., Иоанн был вынужден фактически передать ему королевство Англия в собственность и получить его назад уже в качестве ленного держания папского вассала, согласившись при этом не только вернуть Церкви отнятые у нее ранее земли, но и отправлять в Рим ежегодную дань.
Нетрудно представить, сколь большое политическое значение в стране с господствующим религиозным мировоззрением имело лишение королевской власти традиционного ореола могущества и святости, а также как это обстоятельство отразилось на политическом конфликте вокруг подписания Хартии в 1215 г. и на ее содержании. Не случайно первой же статьей Хартии была закреплена полная «свобода церкви», неприкосновенность владения ею своими правами и вольностями и прежде всего «важнейшей и более всего необходимой» свободой выборов клира.
Общественно-договорные основы Хартии, нашедшие отражение в содержании ее статей и касающиеся прав и привилегий не только баронов, но и других сословных групп свободного населения Англии, в значительной мере были определены как политическими притязаниями Церкви, так и ее господствующей религиозной идеологией о верховенстве права, в частности личными воззрениями архиепископа Кентерберийского Стефана на подчинение королевской воли Богу, божественную справедливость и др., которые подкреплялись традиционными ссылками на «извечно» (с англосаксонских времен) существующие «права и вольности» англичан и т.п.
Трудно переоценить влияние на исход борьбы, а также на содержание ВХВ и английского рыцарства, которое стало в это время реальной политической силой, составляя около 3/4 господствующего класса английского общества. Рыцари, ряды которых пополнялись в силу простоты перехода в эту сословную группу представителями фригольдеров, были широко представлены в местной администрации шерифами, помощниками шерифов и пр., входили в состав присяжных в судах сотен и графств. Более того, они в силу особых исторических обстоятельств стали приобретать в XIII в. все большую независимость как от своих лордов, так и от короля. Не случайно именно их поддержки искал английский король в критическом для него 1215 г., созвав по четыре рыцаря от каждого графства для обсуждения «дел королевства».
Не менее важное влияние и на исход политической борьбы того времени, и на содержание Хартии 1215 г. оказали горожане, интересы которых тоже не могли не учитываться правящей элитой. Поддержку со стороны корпоративной силы английского бюргерства, основанной на его богатстве, искали и короли, и бароны. В связи с вышеизложенным представляется надуманной дискуссия о том, кого составители Хартии 1215 г. включали в понятие «свободный человек» (liber homo), чаще всего использовавшееся в ее статьях о правах и привилегиях. Это — все свободное население Англии, на которое распространялись гарантии «общего права» страны, за исключением несвободных вилланов, что явно свидетельствует о феодально-сословном характере этого важного политического документа.
Кажущиеся разночтения понятия «свободный человек» в Хартии связаны лишь с определенной расстановкой в ней акцентов, со стремлением под влиянием конкретных обстоятельств подчеркнуть права и привилегии определенной сословной группы как части целого. Примером может служить сопоставление ст. 20 и 21 Хартии, которые предписывают наложение штрафа на «свободного человека» (ст. 20- Свободный человек будет штрафоваться за малый проступок только сообразно роду проступка, а за большой проступок будет штрафоваться сообразно важности проступка, при чем должно оставаться неприкосновенным его основное имущество (salvo contenemento suo); таким же образом (будет штрафоваться) и купец, и его товар останется неприкосновенным; и виллан таким же образом будет штрафоваться, и у него останется неприкосновенным его инвентарь, если они подвергнутся штрафу с нашей стороны; и никакой из названных выше штрафов не будет наложен иначе, как на основаны клятвенных показаний честных людей из соседей (обвиняемых).), в том числе на графа и барона (ст. 21- Графы и бароны будут штрафоваться не иначе, как при посредстве своих пэров, и не иначе, как сообразно роду проступка.), «не иначе как сообразно роду проступка». (В ст. 21 не только подчеркивалась необходимость соблюдения этой нормы в отношении графов и баронов, но и содержалось требование «суда равных», ставшего в это время камнем преткновения между ними и королем и все чаще прибегавшего к административному приказу или суммарной юрисдикции при наложении штрафов и пр.